Сергей Солоух (ukh) wrote,
Сергей Солоух
ukh

Category:

Швейк. Время 3. Шаг 3

Это постинг номер 3  с  тэгами Швейк. Комментарии. Время 3. для замечательных по большей части незнакомых людей, почему либо купивших третье издание SBN 978-5-9691-1. Оно как известно электронное и ссылки на страницы технической, публично недоступной книжной верстки, кроме меня никого никуда не веду. И тем не менее, они здесь, как часть моих рабочих материалов. Нужное для исправления место надо искать просто поиском.


Здесь новые правки всех видов (опечатки, исправления, дополнения), которые, я надеюсь, будут учтены при следующему (если дело до этого дойдет) уже третьем издании.

-> Убираем
<- Вставляем




C.29 ДОБАВЛЯЕМ ВСЛЕД ЗА СУЩЕСТВУЮЩИМ АБЗАЦЕМ

В повести очередной приступ ревматизма застает сапожника Швейка чуть раньше, сразу после объявления войны и мобилизации. Разница лишь в том, что растирает ноги не сам больной, а его ученик, Богуслав, и не камфорной, а ихтиоловой мазью

Между прочим, простым швейковским лечебным снадобьем не брезгают и высокородные герои русской классики, например, господин Гедеоновский из тургеневского «Дворянского гнезда» (1858):

«Любезная особа, — думал статский советник, пробираясь к себе на квартиру, где ожидал его слуга со склянкой оподельдока, — хорошо, что я степенный человек... только чему ж она смеялась?»


C.32 ДОБАВЛЯЕМ ВСЛЕД ЗА СУЩЕСТВУЮЩИМ АБЗАЦЕМ

-> Наш родной «Макаров» очень внешне похож на этот роковой пистолет.

Хотя настоящую браунинговскую спусковую скобу, а не крючок, как у «Макарова», можно увидеть только у «ТТ», моделью и образом которого, тульскому конструктору Токареву послужил пистолет Браунинга FN Model 1903 образца 1902 года.

Что касается использования слова «револьвер», как обобщенного названия ручного, короткоствольного стрелкового оружья, неважно, с барабаном или магазином, автоматического или же нет, то оно весьма типично для начало 20-го века. Вот, скажем, такую фразу находим в номере газеты «Новое время» от 20.01.1906: «Сегодня полицией произведен обыск в квартире некоего Кальмера, состоявшего агентом иностранных ружейных заводов, изготовляющих маузеры, браунинги и другие модные теперь типы револьверов». И сходных примеров множество. А самый яркий –  художественные тексты бывшего военного врача, что особенно, конечно, удивительно, Михаила Булгакова, который и в конце тридцатых мог легко писать такое:

«Азазелло, который сидел, отвернувшись от подушки, вынул из кармана фрачных брюк черный автоматический пистолет, положил его дуло на плечо и, не поворачиваясь к кровати, выстрелил, вызвав весёлый испуг в Маргарите. Из-под простреленной подушки вытащили семёрку. Намеченное Маргаритой очко было пробито.
- Не желала бы я встретиться с вами, когда у вас в руках револьвер, кокетливо поглядывая на Азазелло, сказала Маргарита».

C.61 ДОБАВЛЯЕМ ВСЛЕД ЗА СУЩЕСТВУЮЩИМ АБЗАЦЕМ

А вообще любопытным и, как кажется, важным для восприятия этой главы, да и всей первой части, возможно, будет одно маленькое, но немаловажное обстоятельство. Самого Гашека в описываемое время в Праге не было. Его как раз незадолго до дня покушения увез куда-то под Кладно на природу приятель и будущий автор иллюстраций Йозеф Лада (Josef Lada). См. комм., ч. 1, гл. 3, с. 51. Да и возвращение было кратким: по совету друзей, едва оглядевшись, Гашек снова уехал, теперь уже на северо-восток в район Находа (Náchod) и не появлялся в Праге до ноября 1914-го (RP 1998).
Ну, и в виде веселого заключения, нельзя не отметить до какой степени эта вакханалия повальных арестов в романе напоминает, на самом деле, не Прагу начала войны, а Екатеринодар конца лета 1914-го. Когда русские полицейские в патриотическом приступе шпиономании гребли в отделение и сдавали на армейские гауптвахты, всех не очень хорошо говорящих по-русски, от проезжих одесских евреев до чехов, в множестве до той большой войны преподававших в России гимнастику или варивших для ее граждан пиво. Описанием такой вот карусели арестов не по эту австрийскую, а по ту, русскую, сторону границы заполнена ни какая-нибудь, а именно вторая глава «Дневника полковника Швеца» (JŠ 1926). Та же по счету от начала, что и в романе Гашека. Вторая. Забавная закономерность развития событий в книгах о войне. В первой главе восторги, а во второй со всею неизбежностью тюрьма.

C.139 ДОБАВЛЯЕМ ВСЛЕД ЗА СУЩЕСТВУЮЩИМ АБЗАЦЕМ

«Богемия», тоже напечатавшая это сообщение, потребовала, чтобы калека-патриот был награжден.
«Богемия» («Bohemie») — печатный орган крайне националистической Немецкой прогрессивной партии (Německé strany pokrokové). Следствие этой публикации явится в следующей главе и не принесет Швейку счастья. Не принесет счастья бравому солдату встреча с той же печатной продукцией и позже. В ч. 2, гл. 1, с. 257.

Ну, а по поводу, собственно возможности получения калекой-патриотом награды за чистый сливочный патриотизм, явленный вне поле боя, думаю, весьма любопытны будут соображения фалериста и блоггера Димитрия D-1945:

«Если бы это произошло, то Швейк получил бы знак почетного отличия - Серебряный крест заслуг SVK (с короной или без, без - более вероятно), награда, несмотря на красивый вид и название, самая низшая по статусу для награждения за заслуги и отличия низших чинов и подданных, даже учрежденная позднее бронзовая храбрость была выше. Позднее в наградную систему был добавлен и ЕVK- Eisernes Verdiendt Kreuz, но он родился уже в отсутствие Гашека в правовом поле Австро-Венгрии и скончался за несколько лет до его возвращения в Прагу».

А статут награды по словам Дмитрия следующий:

«Для вознаграждения верности и преданности Императору и Отечеству, доказанному самоотверженной деятельностью на общественной или иной службе на благо общества.
Лента, соответственно, двух типов - красная гражданская от ордена Франца-Иосифа или военная красно-белая.  Военную ленту с 20.09.14 давали лицам в военных условиях, но без непоср. контакта с врагом».

В общем, что-то вроде советской юбилейной медали получается «За доблестный труд (За воинскую доблесть). В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина».

C.189
-> но мне так захотелось пить!» (Víš, Franto, já jsem měl tekovou žizeň omlouval se!). В общем, тут чудесное, на уровне языка,

<- но мне так захотелось пить!» (Víš, Franto, já jsem měl tekovou žizeň omlouvám  se!). В общем, тут чудесное, на уровне языка,

C.204
-> В записи от 1 октября 1911 (воскресенье). Нужный абзац начинается словами «Im B. Suha vor vor gestern», т. е. «В б. Суги


<- В записи от 1 октября 1911 (воскресенье). Нужный абзац начинается словами «Im B. Suha vor vor gestern», т. е. «В б. Зухи


C.256
-> на языке оригинала (найденное в архивах Йомаром Хонси, а с малоразорчивого рукописного восстановленное Doris & Gert Kerschbaumer) формулируется так:

<- на языке оригинала (найденное в архивах Йомаром Хонси, а с едва читаемого рукописного восстановленное Doris & Gert Kerschbaumer) формулируется так:

C.330
->Йомар Хонси) на Фердинандовом проспекте (Ferdinandova třída), 32, ныне Народный (Národni). В Примечании (ZA 1953)

<- Йомар Хонси) на Фердинандовом проспекте (Ferdinandova třída), 32, ныне Национальный (Národni). В Примечании (ZA 1953)

C.373
-> Райнейрочек заговаривал синеокую девичку

<- Райнерачек заговаривал синеокую девичку

Tags: Швейк. Комментарии. Время 3
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments